Кто так рисует сейчас в Испании?
Образы разложения
Он переносится в далекое детство
Способность преобразовывать
До знакомства с Галой
Дали встречает русскую женщину
Велико влияние Галы Дьяконовой
Я рисовал, вдохновляясь теориями кубистов
Каталог первой выставки
Ана Мария
Между 1936 и 1937 годом
Метаморфоза Нарцисса
Через десять лет
В Кадакесе Дали не удается сосредоточиться
Дали умалчивает об этом
Отец хотел сделать для меня невозможной жизнь в Порт-Льигате
Рай детства
Миф о Вильгельме Телле
Сальвадор Дали никогда ничего не делал наполовину
Старость Вильгельма Телля
Темная львиная тень
Постоянно терзавшая художника мысль
Картина вошла в историю живописи
Дали считался исключенным из группы сюрреалистов
Идея симбиоза Вильгельма Телля с Наполеоном
Дали несколько изменяет концепцию Фрейда
Дали в "Театро Мариа Герреро"
В нем ничего уже не осталось от того Дали
Пикассо вел себя так, словно Дали умер
Пикассо и Дали
Дали был потрясен
За закрытой дверью переходит в мир иной Веласкес
Богомол
Наполеон, изображенный на жестяной банке
Смерть матери была огромным ударом для Сальвадора Дали
Отражение самого Дали
Его друзья-сюрреалисты
Возвращаясь домой
Широкая известность
"Сумеречный" доисторический пейзаж
Дали погружен в молоко
Невротическая одержимость художника
Секс и паранойя
Дали заканчивал книгу
Новости из Лувра
Возвращение путешественников
Сфинкс на воле
Приговоренный дважды
Мастурбатор
Самка богомола
 
Самка богомола

Как только самка богомола уничтожит крестьянина или мать-земля, скрыв в своих недрах одного сына, уготовит такую же судьбу второму, тачка станет символизировать сразу двух сыновей —    сына нотариуса и того ребенка, которого Сальвадор Дали не захотел или не смог иметь. Этот сын-призрак, существующий лишь гипотетически, превратится в призрака, который на картине "Вокзал в Перпиньяне" предается содомскому греху с расплывчатым силуэтом матери-богомола. Перед лицом подобной возможности Дали, этот Великий Мастурбатор, ведет себя как библейский Онан, предпочитавший излить "(семя) на землю, чтобы не дать семени брату своему". Приблизительно такое же значение имеет и скандально известная фраза Дали: "Иногда мне нравится плевать на портрет моей матери". Художник предпочитает, чтобы его слюна или семя попали на портрет — или на землю, символом которой была мать, —    на землю, в которую и он уйдет однажды, но не зачать чудовище, которое будет параноидно-критическим образом его брата.

Изливая семя на землю-мать, на вечного богомола, он в каком-то смысле выполняет обещание стать бессмертным, чтобы отомстить за смерть доньи Фелипы: ведь это семя-слюна даст жизнь его творчеству, его художественному наследию, которое Дали, как своего ребенка, оставляет миру. Другими словами, настоящие дети Дали —    это картины, которые обеспечили ему признание во всем мире и которые раз и навсегда провели грань между ним и его двумя тезками: отцом и братом, жившим так недолго.