Мифический и магический мир Сальвадора Дали
Лорка для Дали — обретенное воплощение брата
Первая смерть Сальвадора Дали
Маэстро любил порассуждать о таинственной загадке
Франция — самая рационалистическая из всех стран мира
Сальвадор Дали появлялся на свет дважды
Все живое старается воспроизвести себя во времени
Сверх-Я
Даже боги нуждаются в верующих
Борьба с другим Сальвадором Дали
Гала в костюме "изысканного трупа"
Противоречия
Желание стать Наполеоном
Почти уверенный в том, что сошел с ума
Неудержимое желание сразу состариться
Гениальность Сальвадора Дали
Вторая смерть Сальвадора Дали
Подлинные даты рождения и смерти
Кеведо говорит об искусстве Веласкеса
Битва при Тетуане
Рассказ о трагическом фарсе Лорки
Драма Дали
Веласкес для Дали
Дали взял верх в сердце отца
В такие мгновения я бы не поменялся местами и с Богом
Первые зрители выходок Дали
Дали и Гала возвращаются
Дали по-прежнему ведет себя вызывающе
Внутриутробный рай
Стихотворение Альберти
Изгнание из первоначального рая в бренный мир
Рождение Божественного Дали
Ненаглядный, чего ты хочешь?
Сальвадор Дали и Сальвадор Дали
Один из этих стереотипов
Я в возрасте десяти лет, когда я был ребенком-кузнечиком
Из-за отца многие мои порывы оказались обречены
Случай с рыбкой
Призрак зова плоти
Ребенок-кузнечик
И всюду костыли, костыли, костыли...
Интервью "Плейбою"
Одержимость Дали костылями
Глубокоуважаемый Дали
Вечерний паук... Надежда!
Обличье ужасных существ
Связь между двумя Дали
Самый одинокий человек на свете
Борьба с самим собой
Дали звали "польский художник"
 
Обличье ужасных существ
Бредовые, параноидно-критические образы иногда принимают обличье ужасных существ, которые пожирают друг друга, как Сатурн Гойи пожирает собственных детей или как дети, согласно Фрейду, пожирают своего отца. На картине "Первые дни весны" кузнечик означает не только двух других Сальвадоров Дали — нотариуса и его покойного первенца, — в нем также опосредованно отразились воспоминания о ящерице с раздвоенным хвостом и о крысе, которую Дали считал мертвой и которая неожиданно бросилась на него, чтобы тут же упасть бездыханной. Оба зверька означают в его сознании вечного преследователя, и спустя годы художник говорит об этом на языке, который ему ближе всего — на языке искусства.

В 1939 году к фотографии, на которой изображен ангелоподобный и несколько слащавый ребенок, Дали тушью пририсовал и подкрасил акварелью дохлую, сочащуюся кровью крысу с длинным хвостом, которую ребенок держит в зубах. В 1983 году на большой выставке Дали работа эта была представлена под названием "Болгарский ребенок, пожирающий крысу", а внизу художник написал: "Полиморфный извращенец Фрейда" — так он не раз называл самого себя. Однако мы не знаем, к кому в данном случае относятся эти слова — к ребенку с инстинктами фокстерьера или к крысе. Животное только казалось мертвым в то мгновение, когда в Моли-де-ла-Торре неожиданно подпрыгнуло и задело лицо мальчика, — так же Сальвадору Дали только кажется мертвым его брат, постоянно терзающий художника напоминанием, что он — не первый Сальвадор Дали. Отчаявшись избавиться от своего мучителя, Дали хватает его зубами и пытается загрызть.

В самом деле, у этого "болгарского ребенка" тонкие, редкие, как у крысенка, зубы. Дали всегда уверял, что рот его так же причудлив, как дарование: у него, как у матери и у сестры, не хватало двух зубов, хотя резцы были такими широкими, что аномалия эта делалась незаметной. Кроме того, до двадцати семи лет у Дали сохранялись три молочных зуба. Один из них он вытащил сам резким рывком, а потом подвесил на ниточке в центре своего дома в Порт-Льигате как эротический талисман и овеществленный символ своей спермы, согласно фрейдизму. Дали сделал это после того, как видел себя во сне бегущим по лугу, заросшему гвоздиками, где он потом мастурбировал, роняя сперму на цветы. Молочный зуб, свисающий с потолка его дома, подсказал художнику забавную аналогию. Вскоре после того как доктор Пужвер удалил ему предстательную железу, Дали давал телеинтервью. Сказав, что вдова Пикассо завещала Лувру пинакотеку, когда-то приобретенную ее мужем, журналист спросил у Дали, что мог бы тот пожертвовать французскому музею, и художник быстро ответил: "Предстательную железу, пусть ее подвесят на ниточке перед "Монной Лизой". Тогда мы наконец узнаем, над чем смеется эта женщина". На первых страницах своей автобиографии Дали утверждает, что самые "философские" органы человеческого тела — это челюсти. "Можно ли вообразить что-нибудь более философское, чем высасывание мозга из только что обглоданной кости, когда вы сжимаете ее зубами и чувствуете себя полным хозяином положения?" С несокрушимой логикой художник напоминает, что мудрость — это постижение голой истины и не может быть более утонченного источника познания, чем зажатая между зубами кость. И хотя Дали не говорит о том, какое удовольствие съесть крысу, чтобы разделаться с усопшим двойником, он с восторгом рассказывает о наслаждении смаковать кусочек за кусочком маленькую птичку, чтобы распробовать ее мозги.