Мифический и магический мир Сальвадора Дали
Лорка для Дали — обретенное воплощение брата
Первая смерть Сальвадора Дали
Маэстро любил порассуждать о таинственной загадке
Франция — самая рационалистическая из всех стран мира
Сальвадор Дали появлялся на свет дважды
Все живое старается воспроизвести себя во времени
Сверх-Я
Даже боги нуждаются в верующих
Борьба с другим Сальвадором Дали
Гала в костюме "изысканного трупа"
Противоречия
Желание стать Наполеоном
Почти уверенный в том, что сошел с ума
Неудержимое желание сразу состариться
Гениальность Сальвадора Дали
Вторая смерть Сальвадора Дали
Подлинные даты рождения и смерти
Кеведо говорит об искусстве Веласкеса
Битва при Тетуане
Рассказ о трагическом фарсе Лорки
Драма Дали
Веласкес для Дали
Дали взял верх в сердце отца
В такие мгновения я бы не поменялся местами и с Богом
Первые зрители выходок Дали
Дали и Гала возвращаются
Дали по-прежнему ведет себя вызывающе
Внутриутробный рай
Стихотворение Альберти
Изгнание из первоначального рая в бренный мир
Рождение Божественного Дали
Ненаглядный, чего ты хочешь?
Сальвадор Дали и Сальвадор Дали
Один из этих стереотипов
Я в возрасте десяти лет, когда я был ребенком-кузнечиком
Из-за отца многие мои порывы оказались обречены
Случай с рыбкой
Призрак зова плоти
Ребенок-кузнечик
И всюду костыли, костыли, костыли...
Интервью "Плейбою"
Одержимость Дали костылями
Глубокоуважаемый Дали
Вечерний паук... Надежда!
Обличье ужасных существ
Связь между двумя Дали
Самый одинокий человек на свете
Борьба с самим собой
Дали звали "польский художник"
 
Кеведо говорит об искусстве Веласкеса
Между своими двумя версиями "Менин", написанными в 1960-м, и картиной "Твист в мастерской Веласкеса" (1961) Дали высказывает мысль, будто в "Менинах" Веласкес предвосхищает теорию относительности. Мысль об относительности подхода Веласкеса к живописи не была неожиданной для Дали. В двух работах, опубликованных в "Арт ньюс", маркиз де Пубол анализирует — на свой манер художественное своеобразие Веласкеса. Кеведо говорил, что Веласкес писал, накладывая небрежные грубые мазки на одно и то же место; итальянцы называли его "виртуозом мазка", предвосхитившим находки импрессионистов. И хотя Веласкесу не нравилась итальянская живопись — исключение он делал лишь для Сальвадора Розы, — перспектива в "Менинах" или "Сдаче Бреды" напоминает перспективу на полотнах Рафаэля; оба художника используют то, что Дали иногда называет "девственным", а иногда "священническим" пространством. В картине Рафаэля "Обручение Марии" (1504) этим незаполненным пространством на заднем плане является голубое небо, в "Менинах" (1656) — проем двери, на пороге которой появляется второй Веласкес, а в "Сдаче Бреды" (1635) — микроскопическое отверстие: головка ключа от города. Всего за три года до того, как Веласкес написал эту картину, в Дельфе родился Вермеер — как на три года опередил первенец нотариуса рождение Дали-художника, но свои микроскопические детали Вермеер будет писать уже в эпоху изобретения микроскопа. Рафаэлю, Вермееру Дельфтскому и Веласкесу отдавал Дали предпочтение среди всех художников.

Кеведо говорит об искусстве Веласкеса так, словно имеет в виду ташизм — за три века до его появления. Он называет грубыми мазками то, что лишь кажется небрежностью применительно к деталям, требовавшим от Веласкеса особого внимания. Вся прелесть "Менин" состоит в относительной отделенности мазков друг от друга, необходимой художнику для того, чтобы отдалить или, напротив, приблизить изображение. В абстрактном экспрессионизме наших дней мазки наносятся на ровную поверхность, превращаясь просто в декоративные элементы, а Веласкес кладет мазки так выпукло, что они всегда несут смысловую нагрузку. Дали называл мазки Веласкеса "вселенскими", потому что, несмотря на кажущуюся небрежность, они отражают истину.