Мифический и магический мир Сальвадора Дали
Лорка для Дали — обретенное воплощение брата
Первая смерть Сальвадора Дали
Маэстро любил порассуждать о таинственной загадке
Франция — самая рационалистическая из всех стран мира
Сальвадор Дали появлялся на свет дважды
Все живое старается воспроизвести себя во времени
Сверх-Я
Даже боги нуждаются в верующих
Борьба с другим Сальвадором Дали
Гала в костюме "изысканного трупа"
Противоречия
Желание стать Наполеоном
Почти уверенный в том, что сошел с ума
Неудержимое желание сразу состариться
Гениальность Сальвадора Дали
Вторая смерть Сальвадора Дали
Подлинные даты рождения и смерти
Кеведо говорит об искусстве Веласкеса
Битва при Тетуане
Рассказ о трагическом фарсе Лорки
Драма Дали
Веласкес для Дали
Дали взял верх в сердце отца
В такие мгновения я бы не поменялся местами и с Богом
Первые зрители выходок Дали
Дали и Гала возвращаются
Дали по-прежнему ведет себя вызывающе
Внутриутробный рай
Стихотворение Альберти
Изгнание из первоначального рая в бренный мир
Рождение Божественного Дали
Ненаглядный, чего ты хочешь?
Сальвадор Дали и Сальвадор Дали
Один из этих стереотипов
Я в возрасте десяти лет, когда я был ребенком-кузнечиком
Из-за отца многие мои порывы оказались обречены
Случай с рыбкой
Призрак зова плоти
Ребенок-кузнечик
И всюду костыли, костыли, костыли...
Интервью "Плейбою"
Одержимость Дали костылями
Глубокоуважаемый Дали
Вечерний паук... Надежда!
Обличье ужасных существ
Связь между двумя Дали
Самый одинокий человек на свете
Борьба с самим собой
Дали звали "польский художник"
 
Гала в костюме "изысканного трупа"
В 1934 году, когда Гала и Дали приехали в Америку, драма Линдберга снова вернулась на первые полосы: полиция арестовала плотника немецкого происхождения, Бруно Ричарда Гауптмана, по подозрению в похищении и убийстве малыша. Газеты и публика устроили из судебного заседания спектакль, и было приведено немало веских доказательств виновности Гауптмана, но вплоть до сегодняшнего дня многие детали процесса так и остаются неясными. Не выдержав постоянного внимания прессы и общества к своей драме, супруги Линдберг перебрались в Европу, где впоследствии Геринг наградил Чарлза Августа Почетной медалью; Гауптмана приговорили к смертной казни, и он кончил жизнь на электрическом стуле в 1936 году.

В этой обстановке национальной истерии Дали хотел превратить празднество в "Кок-Руж" в то, что он называл "пригрезившимся сюрреалистическим балом". Но некоторые маски поразили даже его: дамы из высшего света явились обнаженными — вместо одежд тела их были покрыты нарисованными ранами, иногда проткнуты английскими булавками; щеки и спины "изукрашены" огромными, напоминавшими опухоли, глазами. На голове некоторых женщин вместо шляп красовались пустые птичьи клетки, а какой-то мужчина, облаченный в окровавленную ночную сорочку, удерживал на голове столик, с которого вдруг вспорхнула стайка переливающихся всеми цветами радуги колибри. Посредине парадной лестницы стояла наполненная водой ванна, готовая в любой момент опрокинуться на гостей. В одном из углов зала висела туша вола с распоротым брюхом, проткнутая мулетами и костылями, которые станут впоследствии одним из любимых образов в творчестве Дали; внутренности животного были разложены на нескольких патефонах.

Гала появилась в костюме "изысканного трупа": завернутая в целлулоид, она покачивала на руках грудного младенца, облепленного прожорливыми муравьями; голову ее охватывали щупальца мерцающего кузнечика. Луис Бунюэль, не присутствовавший на вечере в "Кок-Руж" — его тогда даже не было в Америке, — утверждает в своих воспоминаниях "Мой последний вздох", что Дали, представляя Галу гостям, сказал: "На ней костюм убитого ребенка Линдберга". Возможно, Луис Бунюэль переосмысливает этот случай на свой манер: в его воспоминаниях немало придуманного. Так, например, он утверждает, что потерял работу в Музее современного искусства в Нью-Йорке в 1942 году, когда Дали опубликовал "Тайную жизнь", потому что художник будто бы заявил там, что Бунюэль — атеист. В действительности же Дали называет его не атеистом, а "простодушным антиклерикалом", но никто не обратил внимания на эту неточность. Другим объяснением того, почему Бунюэль ушел из Музея современного искусства, — и глупее объяснения не придумать! — является утверждение, что Бунюэль вынужденно подал в отставку, поскольку из книги Дали американцам стало известно, что именно он поставил "Золотой век". Каресс Кросби, которая, в отличие от Бунюэля, на балу в "Кок-Руж" присутствовала, ограничивается замечанием, что Гала была наряжена куклой, лицо перепачкано глиной, к которой приклеились листья, а вдоль шеи тянулась цепочка муравьев. Каресс добавляет, что сообщения об этом костюмированном бале были даже в советских газетах; одну такую вырезку, где о вечере отзывались пренебрежительно и неодобрительно, прислал ей кто-то из знакомых.