Сюрреализм
Формирование взглядов основоположников сюрреализма
Он ошибается — ну и что?
Ранние полотна живописца
Париж
Композиция
Ощущение веса
«Мрачная игра»
30-е годы Дали
Произведения мастера
Написанные в 30-е годы картины
Проблемы взаимоотношения времени и пространства
Драматический конфликт
«Память женщины-ребенка»
Фантастические картины мира
Дали — чрезвычайно плодовитый художник
Творчество мастера изобилует портретами
Фактура и цветовые отношения
Непостоянство Дали
Дали обо всем и ни о чем
«Предчувствие гражданской войны»
Вдоль заниженной линии горизонта
Сон разума рождает чудовищ
Осенний каннибализм
Жираф в огне
Картина производит далеко не однозначное впечатление
Дали восставал против безумного, безумного мира
Дали раскрывается перед нами
Американский период Дали
Удивительно изысканное
Написаны сотни картин
Значительные работы мастера
Необычность передачи внутреннего движения
Образная драматургия
Гала присутствует почти во всех крупных композициях Дали
Особого внимания заслуживает графика художника
Творческое наследие Сальвадора Дали
 
Непостоянство Дали
Непостоянство Дали, его сомнения и страдания, амбиции и разочарования приводили к крайностям; он то выступал в роли необузданного нонконформиста, то становился активным приверженцем конформизма, был одновременно воинствующим революционным анархистом и с таким же увлечением исповедовал реакционные идеи национал-социализма. В этой противоречивости художника, неопределенности его политических взглядов, по-видимому, следует искать одну из основных причин проявленного им интереса к нацистской идеологии, что оттолкнуло от него большинство друзей и единомышленников в искусстве, привело их к разрыву с ним. После того как им был выполнен портрет Гитлера, опять же с использованием мотива «Молитвы» Милле, в 1934 году его изгоняют из группы сюрреалистов. В речи, которую он держал в свою защиту в студии Бретона и которая, как утверждают, стала одним из лучших перфомансов художника, Дали говорил, что придерживается собственно Манифеста сюрреализма, где провозглашалось, что сновидения не подлежат никакому контролю или цензуре. Он подчеркивал, держа при этом термометр во рту и имитируя стриптиз, что описывать и ценить свои сны вправе каждый.

Очевидно, внутренняя неудовлетворенность, постоянное противостояние одного Дали другому обусловили и его неприятие действительности, и метаморфозы предсказаний будущего, и иронический взгляд в историческое прошлое, странную уживчивость веры и неверия. Концепция двойного образа должна была служить оправданием этому, своего рода индульгенцией. И все же, несмотря на все заблуждения и драматические ошибки, которые, возможно, были преднамеренны из-за амбициозности характера художника, его убежденности в своей исключительности, Дали нельзя предъявлять политических обвинений, потому что по-настоящему он не только не принадлежал ни к каким партиям, но и не понимал, не принимал и не верил до конца ни в одну идеологическую программу. Он искал Бога среди живущих, себе подобных, и не находил его, поскольку обладал уникальной интуицией и даром предвидения. Поначалу художник идеализировал, обожествлял отдельных политических лидеров, затем, сравнивая образы, созданные своим воображением, с их жизненными прототипами, быстро разочаровывался, все больше убеждаясь в невозможности обрести Бога в среде земных грешников.

Томление духа, ненависть и сострадание, угрозы и желание предохранить от трагического исхода, гипертрофированная пато-логичность и романтический идеализм, дьявольские искушения и божественные провидения — все это уживалось, превращаясь в невообразимый фантастический симбиоз в сознании одного человека, которого олицетворял Сальвадор Дали.

Живопись, графика, скульптура художника изобилуют в 30-е годы изображениями не просто устрашающих фантастических существ, а неких мутантов, явившихся в результате духовного и физиологического растления человека человеком, порождением индустриальной цивилизации. Дали, как бы предрекая трагические последствия, которыми грозят человечеству его же собственные деяния, предупреждает нас. В его предчувствиях воплощена глубоко, гуманистическая идея.